Размер шрифта
Цвет сайта
Изображения
Интервал
Шрифт

Анна Гюрегян: нет места лучше, чем театр

28 июля отмечает День рождения ведущая артистка нашего театра Анна Гюрегян. Журналист Амра Амичба взяла у юбилярши эксклюзивное интервью.


Даже сегодня, в день своего рождения, Вы репетируете? 


Да, сейчас перерыв, только что закончилась репетиция моноспектакля «Енджи-ханум, обойденная счастьем» по прозе Даура Зантария. Спектакль, который я сейчас репетирую, возник неожиданно. Ираклий Ревазович предложил, я согласилась, понимая, что такого рода произведения должны звучать с нашей сцены. Очень мало абхазской драматургии, поэтому берем литературу. Эту работу я буду считать еще одной ступенью в своей актерской деятельности. Тем более что это мой первый моноспектакль. Я смотрела мноспектакли моих молодых коллег Османа Абухба и Миланы Ломия, и говорила, что это дело молодых. Я буду пробовать, стараться. 


Как Вы пришли к актерской профессии. Я знаю, что до поступления в Студию по актерскому мастерству при Русском театре, окончив Художественное училище, Вы преподавали черчение, рисование и были завучем по воспитательной работе в сухумской школе №4. Как потом получилось, что Вас заинтересовала профессия актера?


По телевизору увидела объявление, что идет набор в Высшую театральную студию при Русском театре (ныне РУСДРАМ) и решила поступать. Помню, папа тогда удивился, но не запретил, наверное, предполагая, что не поступлю. 


Какие качества нужны, чтобы стать артистом? Ректор Театрального института имени Щукина, народный артист Абхазии и России Евгений Князев считает, что самое главное - это трудолюбие и терпение, и только потом – талант. Какие качества актера Вы ставите во главу угла?


Я считаю, что важно трудолюбие при наличии таланта. Трудолюбие должно быть на ступеньку выше, потому что даже очень талантливый актер, если ленивый, не сможет показать все грани своего таланта, и вытащить из себя что-то новое и яркое. На протяжении долгого времени выезжать только на таланте не получится, если ты ленив. Это заметно. Актер становится неинтересным зрителю, он будет повторяться. И, конечно, трудно работать с таким партнером. Если эксплуатируется только то, что дано богом, актер исчерпывает себя. Нужно быть также стойким, психологически, психически подкованным, преодолевать огромные нагрузки. Надо уметь терпеть неудачи, которые возникают в ходе становления роли. Есть люди, которые поддерживают, подбадривают. Я занимаюсь тренингом сама с собой, работаю над собой. Трудные часы переосмысливаю. Всегда очень боюсь подвести театр, коллег, людей, которые со мной работают. Думаю о комфорте окружающих, в первую очередь. 


До недавнего времени Вы были комедийной актрисой. В последние четыре года Ваш репертуар значительно изменился, появились большие драматические роли. Как Вы перестраивались с комедийного амплуа на драматический? Пришлось сильно ломать себя? 


Я помню, еще в студенчестве в определенных амплуа работали, и когда доходило до драматического как-то хитро обходила их. Я хорошо себя чувствовала как характерная и острохарактерная актриса. Мне было комфортно в амплуа комедийной актрисы. Потом пришлось перестраивать себя. Приехал режиссер Андрей Тимошенко на постановку спектакля «Рождество в доме Купьелло», вот тут-то и начались ломки. Спасибо за это! Начался поиск новых граней и работа над собой. Желание что-то поменять в себе сыграл фактор, появились новые возможности для раскрытия себя, как актрисы. Но когда гендиректор предложил роль Клары Цаханассьян, я была в шоке. Насколько я люблю комедии, но наслаждаться работой в такой драматургии большого стоит. Очень здорово, что когда-то произошел этот слом в амплуа. Внутренне я другая, чем 8-10 лет назад. 


Кто из известных актрис для Вас эталон в профессии?


Алиса Бруновна Фрейндлих! На сцене ее не видела, но сейчас есть доступ к записям спектаклей, особенно во время карантина посмотрела много спектаклей, в которых она работает. Ее выступления стараюсь не пропускать смотрю всё.  


Вы – ведущая актриса Театра Искандера. Когда и после каких ролей ощутили свою популярность, любовь и признание зрителей? И повышенное внимание публики налагает на Вас какие-то обязанности и ответственность при каждом выходе на сцену?


Я сухумчанка коренная и меня многие знают в этом городе. Но когда я больше стала появляться на сцене, у меня стало больше интересных ролей, большее количество людей узнали о моей работе. Я не чувствую гнет популярности. Я чувствую любовь зрителей, с удовольствием читаю отзывы, благодарна каждому за них. Горжусь этим и молюсь всегда, чтобы не разочаровать людей, которые приходят на спектакль посмотреть на меня. Я еще больше ответственности ощущаю перед выходом, когда знаю, что конкретные зрители пришли посмотреть именно на меня. А родственники в зале – не барьер для меня, они моя поддержка. Меня сильно поддерживают родные – сестра, дочь. 


Бывает в театральной практике, что актрисе или актеру достается мало ролей, потому что у них тяжелый характер, и не каждый режиссер захочет иметь с ними дело? Или мастерство артиста перекрывает и сглаживает его личные человеческие качества? Вы, например, слывете среди режиссеров актрисой с покладистым характером, с которой очень удобно работать. 


По сути, я человек неконфликтный. Я могу быть резкой и вспыльчивой, но раздувать конфликт не буду. Я могу и умею защищаться, но задумаюсь, стоит ли выпускать когти и вставать на дыбы. Бывают актеры, которым сложнее контролировать свои эмоции. Наверное, режиссерам удобнее работать с артистами, которые пытаются контролировать свои эмоции. При работе над моноспектаклем бывали моменты, когда моя неуверенность в себе не давала идти дальше и приходилось останавливать репетиции. Я понимала, что в эту минуту я не могу работать, и режиссер Мария Романова успокаивала меня, говорила, что все хорошо. Когда на меня находит такой ступор, я никого не слышу, сама должна отойти и собраться. 


РУСДРАМ анонсировал премьеру «Енджи-ханум, обойденная счастьем» на 28 июля и была приурочена к Вашему юбилею. Но с 12 июля учреждения культуры закрыты… 


Складывается впечатление, что эпицентр всех заболеваний Русский театр, еще музеи и библиотеки Абхазии. Театр - слаженный механизм, и сейчас такое ощущение, что в зубцы этого механизма вставили палку. Они спотыкаются об палку, хотят работать, бьются и бьются, и в какой-то момент эти зубцы, конечно, могут поломаться и заржаветь, потому что им не дают крутиться и работать в полную силу. Но мы продолжаем все равно пыхтеть! Репетируем и уберем эту палку, которая не дает работать, благодаря нашему шефу, который денно и нощно думает о нашем театре, и когда я говорю у меня нет сил, я вспоминаю нагрузку Ираклия Ревазовича, и думаю, пожалуйся еще. Считаю нынешнюю ситуацию абсурдной. Я думаю, что у кого-то хватить смелости этот абсурд прекратить. Абсурд может быть показан на сцене в спектаклях, но абсурд не должен происходить в нашей жизни. Он приводит к творческому застою, который совершенно нам не нужен. 


В прошлом году Вы отмечали 20-летие творческой деятельности в театре. Что Вас зацепило в актерской профессии, что Вы уже на протяжении стольких лет служите в театре? 


Я думаю, на земном шаре нет места лучше, сакральнее, интимнее, чем театр. Где можно питаться, где можно делиться тем, что тебя беспокоит. Площадка для того, чтобы что-то сказать, объяснить, чему-то научиться и понять самому, посмотреть у коллег, и услышать то, мимо чего порой проходишь в жизни. Ты можешь не думать об этом, но театр может навести на мысли, которые, оказывается, были где-то внутри, и надо было их вытащить. Театр для меня – это место, где я отдыхаю душой. Наполняю свою душу. Не могу сказать, что отдыхаю и телом, потому что оно здесь в работе. Для зрителя тоже театр должен быть местом очищения, местом принятия каких-то решений, осознания, местом, где они могут наполняться, впитывать и очищаться. И нести потом эту наполненность и делиться ею с родными, друзьями. Я думаю, театр как раз то самое место, где можно получить новое. 


Мы используем cookies

Пользуясь нашим сайтом, вы подтверждаете свое согласие с использованием файлов cookie на условиях, изложенных в политике конфиденциальности.